Анатолий Гусев (gusev_a_v) wrote,
Анатолий Гусев
gusev_a_v

Category:

Фашистская Польша. 1-я часть.



Слово «фашистская» в данном случае использовано не для пропагандистских целей. А в качестве характеристики, которая отражает суть явления. Именно об этом статья У.А.. Шустера и М.В. Джервиса «Германо-фашистские тенденции в современной польской историографии», вышедшая в СССР за несколько месяцев до начала второй мировой войны. На меня статья произвела огромное впечатление. Когда шло обсуждение темы Интервью с вождем. Пакт и Польша кое-кто высказывал мысль, что все кивки Сталина И.В. на «польскую угрозу» - не серьезны. Но это мы сейчас знаем, что Польша будет растоптана Германией. А в 1939 году все казалось не таким однозначным. Авторы статьи приводят факты, которые указывают, что элита Польши перед войной не против была поучаствовать в качестве «младшего партнера» Германии в переделе мира. Не удивительно, что авторы называют правительство Польши фашистским. Соглашаться — не соглашаться личное дело каждого. Конечно, текст предназначен для тех кто интересуется историей по-настоящему. Остальным читать не советую – много букв! Но тот кто дочитает статью до конца — не пожалеет.

У. А. ШУСТЕР и М. В. ДЖЕРВИС

ГЕРМАНО-ФАШИСТСКИЕ ТЕНДЕНЦИИ В СОВРЕМЕННОЙ
ПОЛЬСКОЙ ИСТОРИОГРАФИИ 

                                       1-я часть     

Польское государство, обязанное своим возникновением ми-
ровой войне и Великой Октябрьской социалистической револю-
ции, провозгласившей право на самоопределение всех народов
бывшей царской России, переживает в настоящий момент глу-
бокий политический кризис. Своими истоками этот кризис
восходит к 1926 г., когда переворот Пилсудского усилил
в Польше внутренние противоречия между огромной частью
польского народа и правящей группировкой. Лозунгом пришед-
шей к власти фашистской группы был новый поход против
СССР, отторжение Советской Украины и Белоруссии и закаба-
ление их Польшей в форме так называемой «федерации Укра-
ины и Белоруссии с Польшей». Иногда усиливаясь и усложняясь
литовским вопросом, иногда ослабевая,— в зависимости от внеш-
них условий и внутреннего положения в стране,— этот лозунг
господствовал во все годы диктатуры Пилсудского. Однако,
пытаясь выдать свои захватнические планы за некую общена-
циональную задачу, польский фашизм натолкнулся на непреодо-
лимые внутренние затруднения.
Чем больше развивались и ширились захватнические планы
Пилсудского, тем больше порождали они препятствий на пути
к своему осуществлению. Огромные средства, затрачиваемые на
подготовку к войне, экономически истощали страну, а усилива-
ющийся в связи с этим экономический и политический гнет
низводил трудящиеся массы до степени крайней нищеты, воз-
гбуждая в них острое недовольство политикой фашистского пра-
вительства. Это недовольство чувствуется особенно остро в
Западной Украине и Западной Белоруссии. Рассматривая эти
области как плацдарм грядущей войны против СССР, фашист-
ская Польша проводит на этих своих восточных окраинах насильническую политику «преобразования кресов» ,
искусственного насаждения в. них польского элемента.
В ином направлении складывалась политика польского фа-
шизма на западе. Основным принципом там было сохранение
status quo на польско-германской границе и борьба со всякого
рода ревизионистскими планами послеверсальской Германии. Эти
два обстоятельства — подготовка агрессии на восточных грани-
цах и беспокойство о нерушимости западных границ — опреде-
ляли по существу внешнеполитическую линию Польши: в поисках
надежных покровителей и союзников для осуществления этих
планов Польша тяготела к системе западноевропейского блока.
Так обстояло дело до прихода к власти германского фашизма
. Установление фашистской диктатуры в Германии было встре-
чено в Польше с большой тревогой. Ярко выраженный захват-
нический, агрессивный характер германского фашизма и его
далеко идущие притязания заставили польское правительство
обратить особенное внимание на свои западные границы и
Данциг..
Верхняя Силезия и Данцигский коридор, на которые з пер-'
вую очередь направлены вожделения германских фашистов,
имеют для Польши жизненно важное значение. Верхняя Силезия
дает около 70—75% всего польского угля и чугуна; через
Данцигский коридор проходит до 70% всего польского импорта
и экспорта. Естественно, что Польша следила за Германией с
большой настороженностью и неприязнью. К этому времени —
1933 г. — относится демонстративная высадка польского десанта
в Данциге, кампания эндековской печати против ревизионистских
планов Гитлера и т. д.
Пилсудский первое время колебался между страхом потерять
Познань, Верхнюю Силезию и Данцигский коридор и надеждой
заполучить германскую помощь в борьбе против СССР. Но это
последнее соображение оказалось решающим, и Польша начинает
медленно, но неуклонно сближаться с Германией. Еще в мае
1933 г. Гитлер принимает польского посла в Берлине Высоцкого.
Почти одновременно происходит беседа Пилсудского с герман-
ским военным атташе ген. Шиндлером. Эти «случайные» беседы
и взаимное «прощупывание» друг друга завершаются подписа-
нием в ноябре 1933 г. совместной декларации о ненападении и,
наконец, в январе 1934 г.— заключением польско-германского
договора «о ненападении», являвшегося по существу подготовкой
к совместной внешней агрессии. Этот договор, в котором отсут-
ствует оговорка об аннулировании вытекающих из него обяза-
тельств в случае нападения одной из сторон на какое-либо
третье государство, открывает «новую эру» в польско-германских
отношениях, строящихся теперь на основе совместной борьбы
против СССР. Германии удалось склонить Польшу к саботажу
обязательств перед Лигой наций и вовлечь ее в фарватер своей
политики и своих интересов.
Польское правительство рассчитывало, что ценой незначи-
тельных, по его 'мнению, уступок (больше морального, чем мате-
риального порядка) оно приобрело в лице Германии сильного,
союзника на случай будущей войны с СССР. «Польша, принимая
во внимание свое географическое положение, должна стремиться
к сближению с Германией, к образованию совместного с нею
серединноевропейского блока» \— пишет в нашумевшей книге
«Политическая система Европы и Польши» известный польский
публицист Вл. Студницкий, выражающий мнение польских офи-
циальных кругов. Антисоветское направление германской экспан-
сии настолько отвечало политическим вожделениям пилсудчиков,
что последние с полной готовностью отдали себя в распоряжение
«Третьей империи», пожертвовав политической самостоятельно-
стью и национальными интересами Польши. Министр иностран-
ных дел Бек — наиболее яркий представитель этой политической
линии — стал «коммивояжером по делам Гитлера». Но действи-
тельность показала, как жестоко просчитались пилсудчики. Не
«равноправный» союз, а фактическое превращение Польши в по-
корного слугу германского фашизма — вот что получилось в ре-
зультате этого «симбиоза».
«Демонстрация польско-германской дружбы не закончилась
договором о ненападении. В 1934 г. была ликвидирована тамо-
женная война Польши с Германией, тянувшаяся с 1925 г. Эконо-
мические разногласия были устранены или по крайней мере
затушеваны, и между обеими странами возникло тесное эконо-
мическое «сотрудничество», все выгоды которого — на стороне
фашистской Германии. В том же 1934 г. имело место важное
соглашение о «моральном разоружении», исключавшее в даль-
нейшем всякую критику нагло захватнической политики Германии
в польской прессе.
Отходя от Франции и Лиги наций, Польша все крепче связы-
вает свою судьбу с судьбой фашистской Германии, вернее —
отдает свою судьбу в ее руки. В целом ряде случаев мы видим
подозрительное «совпадение» точек зрения Германии и Польши
по вопросам международной политики. Известно, что во время
переговоров о восточном пакте Польша отказалась присоединить-
ся к пакту, если к нему не примкнет также и Германия. Даже
в тех вопросах, которые (как, например, данцигский) весьма
близко затрагивали интересы Польши, ведомство полковника
Бека старательно избегало всяких действий, какие могли бы раз-
дражить «бескорыстного союзника». Когда в Лиге наций разби-
рался известный данцигский инцидент, полковник Бек, этот
верный оруженосец Гитлера, ограничился платоническим выра-
жением сочувствия комиссару Лиги наций в Данциге и осторож-
ным напоминанием о возможных встречных требованиях Польши.
Не удивительно, что визиты военных делегаций из Германии
в Польшу и обратно все учащаются, что в феврале 1935 г. боль-
шая партия оружия из центральной Германии была отправлена
в Восточную Пруссию через Данцигский коридор, что Польша
энергично поддерживает агрессивные начинания Германии, будь
то ремилитаризация Рейнской зоны, интервенция в Испании,
захват Австрии или расчленение Чехословакии. Приветствуя на-
сильственное включение Австрии в «Третью империю», руководи-
тели внешней политики Польши рассчитывают, что экспансия на
юго-восток Европы отвлечет внимание фашистской Германии от
Данцига, Польского коридора и Литвы. Но эти расчеты сделаны
«без хозяина», и рано или поздно г. Беку придется в этом
убедиться.
Критическое состояние польско-чешских отношений можно без
труда поставить в связь с германскими планами порабощения
Чехословакии.
В период подготовки германским фашизмом нападения на
Чехословакию польская официозная печать развила ожесточен-
ную кампанию против демократической республики. Крики поль-
ских газет о «преследовании» поляков в Чехословакии, требова-
ния для них автономии были предлогом для возбуждения обще-
ственного мнения Польши против чехов. Однако и здесь ярко
проявилась подчиненная роль польского фашизма по отношению
к германскому (вопрос о Подкарпатской Украине).
Любопытные зигзаги в польско-румынских отношениях легко
могут быть объяснены политической эволюцией самой Румынии.
Укрепление ее связей с Францией и провозглашение верности
идее коллективной безопасности охладило было отношения Поль-
ши к Румынии. Наоборот, начавшийся процесс фашизации Румы-
нии вновь сблизил обе эти страны. Наконец, польско-японская
«дружба», играющая немаловажную роль в системе внешнеполи-
тических отношений Польши, как нельзя лучше укладывается в
рамки польско-германского «сотрудничества».
Еще до прихода Гитлера к власти Япония как эвентуальный
союзник Польши на Востоке уже привлекала внимание варшав-
ских политиков. В период же закрепления польско-германского
союза вопрос о совместном с Японией участии в войне против
СССР ставится на практические рельсы. «С польско-русской гра-
ницы легче атаковать важные центры России: Петербург, Киев,
Москву — нежели с японо-русской границы в Азии,— авторитет-
но заявляет «пан» Студницкий,— однако может ли Польша, не
располагая союзником в Европе, рискнуть своим участием в
русско-японской войне? Она может рискнуть при условии, если
она будет находиться в союзе со своим германским соседом»'.

«Разносторонняя» деятельность польского фашизма в Прибйл-
тике в последние два-три года сводилась, в сущности говоря,
к тому, чтобы не допустить присоединения прибалтийских стран
к восточному пакту.
В отношении стран Прибалтики Польша стремится играть
такую же руководящую роль, какую играет Германия по отно-
шению к ней самой. Студницкий «великодушно» соглашается
с тем, что «Эстония и Латвия могут быть клиентами Польши и
Гее военными союзниками». Вместе с тем он настаивает на том,
что «Литва должна быть признана сферой польского влияния»,
а Латвия Должна «открыть доступ Польше к Либавсксн.у и Вин-
давскому портам» \ Мечтания «пана» Студницкого, вероятно,
охватывали бы более широкий район, если бы не необходимость
считаться с германскими «лимитами». Известно, что у германского
фашизма имеются свои «соображения» относительно Прибалтики
(и, в частности, относительно «устройства» Литвы и самой Поль-
Гши,— соображения, не совсем приятные для Польши. «В великой
борьбе за существование, честь, свободу и хлеб»,— заявляет
Розенберг в своей книге «Миф XX века»,— какую ведет столь
творческая нация, как германская, недопустимо считаться с п о-
л я к а м и, чехами и тому подобными нациями, столь же импо-
'тентными и ничтожными, сколь требовательными и нахальными.
; Эти нации необходимо отбросить на восток, чтобы освободить
земли, которые будут обрабатывать немецкие руки»2. Неодно-
кратные выступления гитлеровцев и самого «фюрера» с подчер-
киванием исконных прав Германии на «польский коридор»
достаточно иллюстрируют ту позицию, которую занимает герман-
ский фашизм по этому жизненному для Польши вопросу.
И '(после этого у польских государственных деятелей хватает
смелости каждодневно заверять возмущенную общественность
в «огромной исторической ценности» «сотрудничества» Польши
с Германией! Трудно сказать, верят ли польские горе-патриоты
в'силу своих «убеждений». Во всяком случае, широкие слои тру-
дящихся и прогрессивно настроенной интеллигенции открыто
выражают свое возмущение предательской политикой польского
правительства, играющего к тому же позорную роль оруженосца
«Третьей империи».
В обосновании своих внешеполитических устремлений поль-
ский фашизм (так же, как и германский) отводит выдающуюся
роль исторической аргументации. В повседневной пропаганде
польских захватнических планов в отношении СССР центральным
лозунгом является спекуляция и демагогическое использование
лозунга «независимости Польши». Постоянным возвеличиванием
исторического прошлого давней Речи Посполитой и демагогиче-
ским использованием факта порабощения русским царизмом части-
польского народа польские правящие классы подогревают оголте-
лый шовинизм во всех его видах. В одной из деклараций право-'
пилсудчиковской молодежной организации мы находим следую-"
щие строки: «В стремлении к достижению своей цели великодер-
жавное движение может опереться и на историю. Славная и ве-
ликая память о Польше Ягеллонской, Польше Грюнвальда и-
унии, Польше от моря до моря памятна молодому поколению1
как ни одна другая эпоха истории» \ Пропагандируемая модер-
низированная идея «Ягеллонской Польши», т. е. польско-литов-
ского государства в границах унии 1569 г., лозунг «федерации.
Польши с Украиной, Белоруссией и Литвой» в сущности явля-
ются уже не повторением старого требования границ 1772 г., но
его дальнейшим фашистским развитием в направлении «ягеллон-
ской идеи».
Желая идеологически подкрепить свои внешне- и внутриполи-
тические позиции, польский фашизм усиленно стремится к «уни-
фикации» польской науки, и в первую очередь историографии, по
германскому образцу. Хотя этот процесс нельзя еще считать
законченным, но фашизация, а вместе с ней и фальсификация
исторической науки в Польше сделала уже большие «успехи».
В этом нет ничего удивительного, если принять во внимание ат-
мосферу разнузданного шовинизма и фашистской демагогии,
в которой «развивается» польская историческая наука в послед-
ние годы.

(Продолжение следует...)
Tags: Вторая мировая война, Польша
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 30 comments