Анатолий Гусев (gusev_a_v) wrote,
Анатолий Гусев
gusev_a_v

Category:

Почему монархисты не спасли Николая II?

"Многочисленные мемуары и воспоминания о днях революции не давали до сих пор никакого ответа на этот вопрос. Казалось, как-будто в дни февральской революции сразу исчезла на несколько лет порода монархистов в России, как - будто и не было черносотенцев на Руси, не было любимцев и баловней царского режима, от нижних чинов охраны до свитских генералов и адъютантов...


Алые банты сразу же прикрыли собой в те дни значки „союза русского народа".

Только и было, что покончил с собой после революции старый герой охранки, Зубатов, да еще отказался присягать временному правительству и ушел в отставку граф Келлер (впоследствии изменивший своим монархическим принципам и поступивший на службу к гетману Скоропадскому). Да еще отказался от сношений с миром генерал П. И. Мищенко; поселившийся в Темир-Хан Шуре, старый генерал безвыходно проводил время у себя дома в полной генеральской форме с георгиевскими крестами на груди. В первый раз, когда в большевистские дни к нему явились с обыском и потребовали от него снятия погон, старый генерал застрелился.

Зубатов, граф Келлер, генерал Мищенко... Недлинен оказался этот список рыцарей белой лилии на Руси. И сколько ни появлялось новых мемуаров о революции, — так и не найти было ни одного указания на то, что делали, что пытались делать монархисты в те дни, пока был жив их обожаемый монарх.

Неужели ни одного человека, готового на жертву, так и не нашлось среди монархистов всея России?

Только теперь изданная в Белграде книга Т. Мельник-Боткиной „Воспоминания о царской семье" дала много новых и любопытных материалов по этому вопросу.
Автор — горячий монархист, нежно влюбленный в „святых мучеников", Николая, Александру Федоровну и их детей. Февральская революция для автора это — великий несмываемый грех перед царской семьей". Если „нынешние несчастья России будут еще продолжаться 10,  20, 30 лет, то это будет вполне заслуженное наказание", — уверяет он.

Но, по своему положению при дворе (Т. Мельник-Боткина дочь лейб-медика Е. С. Боткина, погибшего вместе с Николаем и его семьей), автор многое знает.
И вот, именно здесь, в этих мемуарах монархистки, мы впервые находим доказательства того, что жив оказался монархизм на Руси и после революции.

Правда, „чины конвоя его, величества" в первый же день революция оказались „надушенными", напомаженными и с красными бантами и „все моментально забыли то исключительное положение, которое они занимали при дворе, ту ласку и внимание, которые им оказывали их величества". Но зато в далеком Тобольске нашлись, оказывается, пылкие монархисты.

Не оскудела героями Русская земля!

Первым героем такого рода оказался священник Алексей Васильев. Во время обедни, когда вся царская семья была в церкви, он, — рассказывает Т. Боткина, — возгласил вдруг многолетие царствующему дому, полностью отчеканив при всем честном народе формулу звания „их императорских величеств".

Впечатление от этого выступления, легко себе представить, получилось колоссальное. Но на гнилой почве российского монархизма не растут белые лилии. К каким странным последствиям свелось сразу же геройство этого монархиста! Отставленный от должности после этого выступления, отец Алексей прославил этим свое имя в монархических кружках по всей России. По его адресу стали посылать деньги для бывшего царя и на его дело освобождения, в нему стали обращаться и все монархистские агенты, приезжавшие в Тобольск для устройства побега Николая.

Деньги отец Алексей присваивал, а приезжающих монархистов выдавал для передачи в чека совдепу,—так трагически просто кончилось все дело, — свидетельствует автор „Воспоминаний".

Может-быть это случайность, исключение?
Увы нет!

Вот и другой организатор побега Николая, ярый монархист, поручик Соловьев, присланный монархистами в Тобольск и горделиво уверявший, что у него за спиной „сильная организация, состоящая из 300 офицеров". Соловьев требовал присылки как можно больше денег. Присылаемые деньги Соловьев так же присваивал, а приезжавших офицеров выдавал совдепу.

Гнилые плоды оказались на гнилом дереве монархизма!

„Надо отдать справедливось нашим монархистам, что они, собираясь организовать дело спасения их величеств, вели все это, не узнав даже подробно тобольской обстановкии и географического положения,— констатирует Т. Мельник-Боткина. Петроградская и московская организации посылали многих своих членов в Тобольск и Тюмень, но все они попадались в ловушку — организацию отца Алексея и Соловьева».

Монархисты остались верны себе до конца.

„Не было ничего легче, как организовать спасение их величеств»,— констатирует далее Т. Мельник, но продажность и измена самих монархистов с первых же шагов губили дело. Удивляться ли, что, когда денег у бывшего царя оказалось мало и „тобольские купцы не решались больше давать в долг»,—старые царские слуги (самые преданные, последовавшие за ними в ссылку) подняли из-за временно не полностью заплаченного жалованья совершенно невероятное возмущение и скандал.

„ Даже в это трудное время преданность придворной прислуги их величествам, — говорит Т. Боткина, — не помешала им красть провизию, подавать невероятные счета, съедать присылаемые их величествам подарки и напиваться до того, чтобы ползать мимо комнат их - величеств на четвереньках».

А когда, по случайному недоразумению, нечаянно вскрыли один из сундуков знаменитого дядьки бывшего цесаревича, матроса Деревеньки, этот сундук оказался наполнен накраденными за много лет вещами,— новыми сапогами от Вейса, платьем от лучших портных и т. п. 

Во всей книге Т. Мельник-Боткиной есть, кажется, только один, никого не предавший монархист, безымянный старенький полковник в Тобольске, который „на следующий день после приезда их величеств надел полную парадную форму и в течение получаса стоял, вытянувшись во фронт, перед окнами их величеств».

Жив ли этот трогательный старенький полковник ?

Читал ли он эту трагическую, самоубийственную книгу „Воспоминаний»  монархистки Т. Мельник-Боткиной? Знаёт-ли он о съездах Рейхенгалля, где опозорившие свое имя, загубившие прежнюю Россию монархисты мечтают снова княжить и володеть новой Россией?"

Источник: И.М. Василевский. Николай II. Петроград-Москва. 1923

ПС: И что бы сказал тот старенький полковник доживи он до нынешних "царских дней"!
Tags: история, революция, царизм
Subscribe

Posts from This Journal “царизм” Tag

  • Как русские «жиды» победили русских «немцев»?

    Русский казак Павел Карлович Раненкампф, профукавший немцам Пруссию и армию генерала Самсонова... Однажды прославленный русский…

  • Смерть младенцев при царе-батюшке…

    Я себя не отношу к долгожителям, однако хорошо помню рассказы отца, детство которого приходилось на первые советские годы о том,…

  • СКР возбудил дело из-за истязаний детей в монастыре

    Возбуждено уголовное дело по фактам истязания детей на территории Среднеуральского женского монастыря. Об этом сообщается на…

  • Прелюбодеяния Поклонской

    Коллаж с Яндекс-Дзен Если дело начинается, с разговоров о русском мире, патриотизме, святости и с проклятий в адрес былой…

  • Храм-на-Крови против Ельцин центра?

    Профессиональный боксер Александр Этвиш/фото: Е1 Если кто позабыл предысторию, напомню: в прошлом году уральские олигархи Алтушкин…

  • Царебожники не сдаются!

    Фото: Новый день В России несанкционированные митинги проводить нельзя. Но иногда, некоторым можно. Почему в Екатеринбурге никак…

  • Царебожников отлучили

    Схиигумен Сергий (Романов) широко известен как "духовник депутатши Натальи Поклонской Митрополит Екатеринбургский и…

  • Ликбез для потомственных казаков

    Обратите внимание на рост лошади: ноги казака едва не достают земли... Благодаря тому, что администрация ЖЖ выложила в ТОП новостей мою…

  • Соха Николашки

    Недавно я написал пост о том почему Сталин принял Россию с сохой. В отличие от ЖЖ, в дзене пост привлек большое внимание. Там…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments